?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Пушкин и исламизм

Несколько лет назад я вознамерился узнать, что же такое исламизм, откуда он взялся, чем отличается от ислама, какова его социальная бала и какова его роль в современном мире. Накопал парочку капитальных трудов в сети, исправно их проштудировал. Узнал много чего интересного и важного, но вот понимание самого исламизма – т.е. как раз то, ради чего я тратил время – для было так же далеко, как и прежде.

И лишь недавно, перечитывая пушкинское «Путешествие в Арзрум», я наткнулся на стихотворение, которое Пушкин шутливо приписывает вымышленному янычару Амину-Оглу. И все стало на свои места.
05-449

Неспроста впоследствии Достоевский писал о поразительной способности Пушкина проникать в психологию людей всех наций и эпох. Вот и в этом стихотворении Пушкин как будто перевоплотился в янычара, озабоченного упадком нравов и забвением заповедей пророка:

Стамбул отрекся от пророка;
В нем правду древнего Востока
Лукавый Запад омрачил;
Стамбул для сладостей порока
Мольбе и сабле изменил.
Стамбул отвык от поту битвы
И пьет вино в часы молитвы"

Знакомо, не правда ли? Если пристмотреться к истории исламистских движений, то нетрудно заметить, что начинали они с критики своих стран и своих правителей. «Лукавому Западу» тоже доставалось, но его зловредное влияние было одной из причин беды, а сама беда заключалось лишь в том, что мусульмане отошли от строгости первоначальных заветов Корана.

«Падение нравов» проще всего наблюдать в либерализации сексуальных отношений, и неспроста все обличители любят приводить в качестве примеров нарушения сексуальных табу:

Там веры чистый луч потух:
Там жены по базару ходят,
На перекрестки шлют старух,
А те мужчин в харемы вводят,
И спит подкупленный евнух"

А что же «лукавый Запад»? Он, понятное дело, только рад «растлению» мусульманских народов. Он активно нахваливает тех их них, кто поддался соблазнам модернизации и эмансипации, но в его хвалах яд: в нужный момент «гяуры» без жалости нанесут удар.

"Стамбул гяуры нынче славят,
А завтра кованой пятой,
Как змия спящего, раздавят
И прочь пойдут — и так оставят.
Стамбул заснул перед бедой!.

Кто же будет противостоять этому? Те, кто сохранил незамутненным чистый источник начального, правильного ислама. Пушкинский янычар возлагал надежды на Арзрум:

"Но не таков Арзрум нагорный,
Многодорожный наш Арзрум:
Не спим мы в роскоши позорной,
Не черплем чашей непокорной
В вине разврат, огонь и шум.
Постимся мы: струею трезвой
Одни фонтаны нас поят;
Толпой неистовой и резвой
Джигиты наши в бой летят.
Мы к женам, как орлы, ревнивы,
Харемы наши молчаливы,
Непроницаемы стоят"

Такими вот видели себя и вакхабиты, и братья-мусульмане, и нынешние бойцы Исламского государства. Исламистам в хритианстве примерно соответствуют пуритане и сходные с ними протестантские церкви, ратующие за возврат к первоначальному, «истинному» христианству. В арахаических восточных обществах исламисты аккумулируют протестные настроения простых людей, вызванных социальным и национальным угнетением – так же, как это делали когда-то в Европе различные религиозные течения.

Исламисты, таким образом, говорят, большей частью правильные вещи. Но они усиленно толкают свои народы назад, в дикость средневековья. В итоге раз за разом народы востока попадают в ситуацию, когда лекарство оказывается хуже болезни.

Из концовки стихотворения видно, что Пушкин хорошо понимал одну печальную, но бесспорную истину, которую не понимали многие наши современники, особенно в Америке и Западной Европе: чтобы дать своим странам шанс на прогрессивное развитие, мусульманским правителям нужно твердой рукой давить таких вот ревнителей древнеарабской старины – как это делал современник Пушкина, прогрессивный султан Махмуд Второй, разогнавший корпус янычаров:

Алла велик!
К нам из Стамбула
Пришел гонимый янычар
Тогда нас буря долу гнула
И пал неслыханный удар.
От Рущука до старой Смирны
От Трапезунда до Тульчи
Скликая псов на праздник жирный,
Толпой ходили палачи.
Трещя в объятиях пожаров,
Валились домы янычаров.
Окровавленные зубцы
Везде торчали, угли тлели
На кольях, корчась, мертвецы
Окоченелые сидели.
Алла велик. Тогда султан
Был духом гнева обуян"

Вот так вот, да... Понятно теперь, почему светские правители восточных стран все чуть не поголовно тираны и деспоты, почему их при желании можно обвинить во всех преступлениях, предусмотренных международными конвенциями и декларациями – Саддам, Мубарак, Ассад, Каддафи могли править так и только так. А какова была им альтернатива – мы можем наблюдать воочию.

И что еще характерно: стоит в мусульманской стране провести по-настоящему свободные и честные выборы, как власть там берут исламисты. Не просто так, наверно.

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
nikakovrova
Dec. 2nd, 2014 10:36 am (UTC)
Там, где побывает США со своим экспортом демократии остается только хаос... Изначально все традиционные религии плохому не учат, и к плохому не призывают, к сожалению мерзавцы используют их как инструмент манипуляции сознанием народа интерпретируя религиозные постулаты так как это выгодно им. Территории арабских государств объяты пламенем гражданских войн - вот и весь результат.
muennich
Dec. 2nd, 2014 08:20 pm (UTC)
Жалко, американцы Пушкина не читают, или хотя бы более близкого им Киплинга ("О, Запад есть Запад, Восток есть Восток...")
( 2 comments — Leave a comment )