?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Герцен и Раскольников

Читал "Былое и думы" Герцена, дошел до захватывающей сцены его первого ареста и вдруг ощутил странное "deja vu", - вроде бы я когда-то где-то уже читал. Не конкретно эти строки, не слово в слово, но вся та обстановка, что входила в мое воображение со страниц книги, - очень близко и как-то мучительно напоминала уже знакомое, пережитое. И еще откуда-то взялось воспоминание о неприятном запахе только что положенной краски.

"Ну вот, - подумалось мне, - начинают сказываться профессиональные вредности. Вот пошли уж всяческие "дежа" с разнообразными окончаниями, и обонятельные галлюцинации". Бежать к коллегам-психиатрам или попробовать сначала подлататься самому?"

К счастью, приступ малодушие длился недолго, память взяла свое, и я даже сам удивился, как я мог не узнать сразу обстановку и персонажей.

Итак, "Былое и думы", часть вторая, глава девятая. Герцена арестовали (за что - отдельный разговор) и среди ночи доставили в полицейскую часть, где велели ждать до утра. За неимением в части камер и обезъянников спать ему определили прямо в кабинете канцелярии. С утра канцелярия начала наполняться народом.

"Спустя немного явились разные квартальные, заспанные и непроспавшиеся, наконец, посетители и тяжущиеся.
Содержательница публичного дома жаловалась на полпивщика, что он в своей лавке обругал ее всенародно и притом такими словами, которые она, будучи женщиной, не может произснести при начальстве. Полпивщик клялся, что он таких слов никогда не произносил. Содержательница клялась, что он их неоднократно произносил, и очень громко, причем она прибавила, что он замахнулся на нее, и, если бы она не наклонилась, то он раскроил бы ей все лицо. Сиделец говорил, что, она, во-первых, не платит долг, во-вторых, разобидела его в собственной его лавке и, мало того, обещала исколотить его не на живот, а на смерть руками своих приверженцев...
...Соломон-квартальный, вместо суда, бранил их обоих на чем свет стоит.
- С жиру бесятся, собаки! - говорил он.- Сидели бы, бестии, у себя, благо мы молчим и мирволим. Видишь, важность какая! поругались - да тотчас начальство беспокоить. И что вы за фря такая? Словно вам в первый раз - да вас назвать нельзя, не выругавши, - таким ремеслом занимаетесь.
Полпивщик тряхнул головой и передернул плечами в знак глубокого удовольствия. Квартальный тотчас напал на него.
-А ты что из-за прилавка лаешься, собака? Хочешь в сибирку? Сквернослов эдакий, да лапу еще подымать - а березовых, горячих..хочешь?
Содержательница и квартальный кричали до тех пор, пока не взошел частный пристав. Он... закричал еще больше диким голосом:
-Вон отсюда, вон, что здесь, торговая баня или кабак?
Прогнавши "сволочь", он обратился к квартальному:
-Как вам это не стыдно допускать такой беспорядок? сколько раз я вам говорил? уважение к месту теряется, - шваль всякая станет после этого содом делать. Вы потакаете слишком этим мошенникам. Это что за человек? - спросил он обо мне.
-Арестант, - отвечал квартальный - которого привезли Федор Иванович, тут есть бумажка-с.
Частный пристав пробежал бумажку, посмотрел на меня, с неудовольствием встретил прямой и неподвижный взгляд, который я на нем остановил, приготовляясь на первое его слово дать сдачи, и сказал:
-Извините".


Ну как же было не узнать эту сцену хотя по декорациям и второстепенным персонажам - конторы, крикливой владелицы борделя, еще более крикливых полицейских и стоявшего в углу наблюдателя! Понятно, откуда у меня возникло воспоминание о запахе краски - этот запах стоял в той конторе, куда по повестке первый раз явился перепуганный и павший духом Родион Раскольников и в которой звучали схожие диалоги:

"— А ты, такая-сякая и этакая, — крикнул он вдруг во всё горло... — у тебя там что прошедшую ночь произошло? а? Опять позор, дебош на всю улицу производишь. Опять драка и пьянство. В смирительный мечтаешь! Ведь я уж тебе говорил, ведь я уж предупреждал тебя десять раз, что в одиннадцатый не спущу! А ты опять, опять, такая-сякая ты этакая!
Даже бумага выпала из рук Раскольникова, и он дико смотрел на пышную даму, которую так бесцеремонно отделывали; но скоро, однако же, сообразил, в чем дело, и тотчас же вся эта история начала ему очень даже нравиться. Он слушал с удовольствием, так даже, что хотелось хохотать, хохотать, хохотать... Все нервы его так и прыгали.
— Илья Петрович! — начал было письмоводитель заботливо, но остановился выждать время, потому что вскипевшего поручика нельзя было удержать иначе, как за руки, что он знал по собственному опыту.
Что же касается пышной дамы, то вначале она так и затрепетала от грома и молнии; но странное дело: чем многочисленнее и крепче становились ругательства, тем вид ее становился любезнее, тем очаровательнее делалась ее улыбка, обращенная к грозному поручику. Она семенила на месте и беспрерывно приседала, с нетерпением выжидая, что наконец-то и ей позволят ввернуть свое слово, и дождалась.
— Никакой шум и драки у меня не буль, господин капитэн, — затараторила она вдруг, точно горох просыпали, с крепким немецким акцентом, хотя и бойко по-русски, — и никакой, никакой шкандаль, а они пришоль пьян, и это я всё расскажит, господин капитэн, а я не виноват... у меня благородный дом, господин капитэн, и благородное обращение, господин капитэн, и я всегда, всегда сама не хотель никакой шкандаль. А они совсем пришоль пьян и потом опять три путилки спросил, а потом один поднял ноги и стал ногом фортепьян играль, и это совсем нехорошо в благородный дом, и он ганц фортепьян ломаль, и совсем, совсем тут нет никакой манир, и я сказаль. А он путилку взял и стал всех сзади путилкой толкаль. И тут как я стал скоро дворник позваль и Карль пришоль, он взял Карль и глаз прибиль, и Генриет тоже глаз прибиль, а мне пять раз щеку биль. И это так неделикатно в благородный дом, господин капитэн, и я кричаль. А он на канав окно отворяль и стал в окно, как маленькая свинья, визжаль; и это срам. И как можно в окно на улиц, как маленькая свинья, визжаль; и это срам. Фуй-фуй-фуй! И Карль сзади его за фрак от окна таскаль и тут, это правда, господин капитэн, ему зейн рок изорваль. И тогда он кричаль, что ему пятнадцать целковых ман мус штраф платиль. И я сама, господин капитэн, пять целковых ему зейнрок платиль. И это неблагородный гость, господин капитэн, и всякой шкандаль делаль! Я, говориль, на вас большой сатир гедрюкт будет, потому я во всех газет могу про вас всё сочиниль.
— Из сочинителей, значит?
— Да, господин капитэн, и какой же это неблагородный гость, господин капитэн, когда в благородный дом...
— Ну-ну-ну! Довольно! Я уж тебе говорил, говорил, я ведь тебе говорил...
— Илья Петрович! — снова значительно проговорил письмоводитель. Поручик быстра взглянул на него; письмоводитель слегка кивнул головой.
— ...Так вот же тебе, почтеннейшая Лавиза Ивановна, мой последний сказ, и уж это в последний раз, — продолжал поручик. — Если у тебя еще хоть один только раз в твоем благородном доме произойдет скандал, так я тебя самое на цугундер, как в высоком слоге говорится. Слышала? Так литератор, сочинитель, пять целковых в «благородном доме» за фалду взял? Вон они, сочинители! — и он метнул презрительный взгляд на Раскольникова. — Третьего дня в трактире тоже история: пообедал, а платить не желает; «я, дескать, вас в сатире за то опишу». На пароходе тоже другой, на прошлой неделе, почтенное семейство статского советника, жену и дочь, подлейшими словами обозвал. Из кондитерской намедни в толчки одного выгнали. Вот они каковы, сочинители, литераторы, студенты, глашатаи... тьфу! А ты пошла! Я вот сам к тебе загляну... тогда берегись! Слышала?
Луиза Ивановна с уторопленною любезностью пустилась приседать на все стороны и, приседая, допятилась до дверей; но в дверях наскочила задом на одного видного офицера, с открытым свежим лицом и с превосходными густейшими белокурыми бакенами. Это был сам Никодим Фомич, квартальный надзиратель. Луиза Ивановна поспешила присесть чуть не до полу и частыми мелкими шагами, подпрыгивая, полетела из конторы".


Случайно ли это сходство, обусловлено ли оно однотипностью работы полицейских участков того времени или же Достоевский использовал этот отрывок и в переработанном виде поместил в свой роман? Достоевский, хотя и был идеологическим противником Герцена, знал и ценил его творчество (в том числе и официально запрещенное). Так, фантастический рассказ генерала Иволгина о его пребывании при дворе Наполеона в "Идиоте" явно перекликается с началом "Былого и дум"; а пафосная характеристика Грановского, данная Герценом, в пародийном (чтоб не сказать - издевательском) духе была воспроизведена при описании старшего Верховенского в "Бесах".

Так что вполне возможно, что бедолага Раскольников, идя с замирающим сердцем в контору, повторял путь молодого Герцена. Правда, Раскольникова в тот дель вызвали за безделицей, а Герцена доставили уже как преступника. Преступление его заключалось в том, что он с группой товарищей на гулянке пел (или даже не пел, но точно слушал) песенку, высмеивающую императорскую фамилию. За это его, после долгих тюремных мыканий, сослали в Вятку. Сурово? Не очень, если сравнить с тем же Достоевским, которого за чтение запрещенного письма Белинского к Гоголю приговорили немного ни мало к расстрелу. Он уже попращался с товарищами, его уже привязали к столбу, надели на голову мешок, уже начали грохотать барабаны - и только тогда по великой царской милости смерть заменили на многолетние каторжные работы с последующей солдатчиной.

Так высоко ценилось когда-то Слово, что одни не стыдились за него убивать, а другие не боялись быть убитыми.

Comments

( 11 comments — Leave a comment )
dascha_biryuck
Feb. 21st, 2015 07:19 pm (UTC)
Итог:
Господа демократы, поспешите воскреснуть, Выходите на суд одураченных масс: Пусть ответят за все Чернышевский и Герцен, И мечтатель Белинский, и мудрец Карла Маркс; Пусть ответят и те, что пришли вслед за вами Вышибать из народа и радость, и грусть, И свободных славян обратили рабами, И в тюрьму превратили Великую Русь!
Источник: http://shanson-text.ru/song.php?id_song=3354
muennich
Mar. 8th, 2015 09:49 am (UTC)
Re: Итог:
При всем уважении к таланту и гражданскому мужеству Игоря Талькова, такой взгляд представляется несколько односторонним.
dascha_biryuck
Mar. 8th, 2015 01:04 pm (UTC)
Re: Итог:
Я уже привыкла. Что вижу то, чего не видят другие.
dascha_biryuck
Mar. 8th, 2015 01:07 pm (UTC)
Re: Итог:
Например то, что сволочуга Вольтер виновен в казни ни в чем неповинных кармелиток. И еще за это не ответил. Ничего. Ответит. Он много в чем виновен.

sweden_info
Mar. 14th, 2015 02:16 pm (UTC)
Мне тоже порой казалось, что Достоевский периодически "переробатывал" Герцена, да и понятно, имея такие долги и кабальные обязательства перед редактором, трудно было найти что то новое.
muennich
Mar. 14th, 2015 08:51 pm (UTC)
Совершенно верно! Что еще хуже - из-за постоянных задолженности он часто работал на скорую руку, спешил во что бы то ни стало уложиться в срок, из-за чего концовка некоторых его произведений как будто "смазана", или, во всяком случае, уступает по качеству началам.
sweden_info
Mar. 14th, 2015 11:04 pm (UTC)
Друзья
Добрый день!
У Вас очень интересный блог! Хотелось бы подружиться.
Добрейшего Вам:-)
muennich
Mar. 14th, 2015 11:47 pm (UTC)
Re: Друзья
С удовольствием!
sweden_info
Mar. 17th, 2015 08:02 am (UTC)
Мне порой приходит в голову, а если бы он не работал в таких зажатых рамках, смог бы он всё это написать? Ведь существуют категории людей, которые успешно работают только в экстремальной и стрессовой обстановке.
muennich
Mar. 17th, 2015 09:21 am (UTC)
Возможно, вы правы "Хозяйку", например, он писал не под давлением, не торопясь, что называется, для души. Был ей очень доволен, ставил выше "Бедных людей" А в итоге вышла вещь довольно слабая - по крайней мере, и близко не соответствующая его таланту
sweden_info
Mar. 17th, 2015 12:52 pm (UTC)
А вот это мне было неизвестно. Спасибо, за подтверждение моей "теории".
( 11 comments — Leave a comment )