?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

За добрых полтысячи лет до рождения Руси на бескрайних просторах Восточной Европы готово было появится очень похожее государство. Как и Русь, это государство было бы основано на славянском и финно-угорском субстрате с добавлением – в качестве закваски – скандинавского элемента; как и Русь, оно испытало бы мощное культурное воздействие (включая религиозное) с юга, со стороны Ромейской империи; и уже безо всякого сослагательного наклонения – как и Русь, эта несостоявшаяся держава пала под ударами свирепых восточных кочевников; только вот возродиться из пепла, подобно Руси, она уже не смогла.

Речь идет о знаменитой державе Германариха, короля готов-гревтунгов. Фигура этого владыки стала поистине легендарной, о нем говорится во множестве позднейших саг и хроник. Правда, только на Западе. В наших краях, в силу разных причин, короля, его державу и вообще готов как-то невзлюбили. Готского историка Иордана мастистый академик Рыбаков честил «придворным и весьма льстивым» (хотя придворным он не был, а римлянам «льстил» куда больше, чем своим соплеменникам). В школьных учебниках о пребывании готов в нашей стране сквозь зубы как-то говорили, но Германарих не упоминался, а уж непосредственно на уроках на таких мелочах не заморачивались – ну заходили к нам готы, просидели без малого два столетия, создали державу от Балтийского моря до Черного – всего делов-то, что там размусоливать. Лучше послушайте в очередной раз простецкую топонимическую легенду о Кие, Щеке, Хориве и сестре их Лыбеди...

Впрочем, о Лебеди (Сунильде) из племени россомонов, погубивших державу Германариха, разговор еще впереди.

На заре первого тысячелетия готы, «подобно пчелиному рою», как выразился Иордан, под предводительством короля Берига покинули родной край, «Скандзу» - то ли Готланд, то ли Скандинавский полуостров. Из этих же мест впоследствии не раз еще будут вылетать рои отважных мореходов, оставивших следы своих свирепых подвигов от Сицилии до Исландии и от Ладоги до Лабрадора. Одно из скандинавских племен придет и в наше отечество, чтобы дать ему свое имя, точнее – название профессии (руотси, т.е. гребцы).

"О да, мы из расы
Завоевателей древних,
Взносивших над Северным морем
Широкий крашеный парус"
(Николай Гумилев).

Через балтийское Поморье, привислянские края и припятские болота часть готов добралась до новороссийских краев, в Скифию, которую они называли «страной Оум». По Черному морю понеслись готские суда на юг, и запылали города на малоазийском побережье. Другие готы осели по Дунаю, откуда начали сухопутные визиты в Римскую империю. Набеги и ответные карательные рейды римлян постепенно сменились мирными договорами, бойкой торговлей и активным усвоением готами римской культуры.


Вульфила проповедует готам Евангелие.

Проникало к готам и все более усиливающееся христианство: среди участников Первого Вселенского Собора значится митрополит Готии. Учеником этого митрополита был знаменитый Вульфила, переложивший на готский язык Библию и обративший множество своих соплеменников в арианство.

Готская Библия


У готов был договор о взаимопомощи с императором Константином Великим. Ссылаясь на этот договор, внучатый племянник Константина Прокопий, поднявший восстание против императора Валентиниана, обратился за помощью к готскому вождю Атанариху. Готы откликнулись на призыв, за что после поражения и казни Прокопия и поплатились. Валент, назначенный Валентинианом в соправители восточной части империи, совершил ряд карательных походов за Дунай. Побежденный Атанарих дал клятву никогда не ступать на римскую территорию; чтобы показать серьезность клятвы, он даже переговоры с победителями вел не на земле, а в ладьях на Дунае.

Ничего не напоминает? Да, через 600 лет вся эта коллизия повторилась вплоть до самых мелких деталей. Как и готы, варяги-русь совершали походы на Черное море. Как Атанарих поддержал Прокопия, так Святослав Игоревич сделал ошибочную ставку на Калокира, вознамерившегося занять константинопольский трон. Как и Антрарих, Святослав потерпел неудачу и был вынужден принять условия мира от императора; даже место и обстановка переговоров были схожими – на дунайском берегу, в лодках. Сходны были и тяжкие последствия для северных христиан: и Атанарих, и Святослав в досаде на неудачу обрушили свою ярость на христиан, которых сочли пятой колонной ромеев.

Святослав во время стоянки на Березани устроил резню христиан из собственной дружины, не пощадив даже своего брата Глеба. Атанарих пополнил список мучеников за веру – церковью было причислено к святым два десятка жертв его гонений. Был среди них, возможно, и знаменитый святой мученик Савва, который не захотел поклониться языческим идолам или скрыть свою релинию, за что он и был убит.

Но вся эта ярость проистекала из бессилия. Готы Атанариха смирились перед мощью все еще сильной Римской империи. До поры до времени. А тем временем у их восточных собратьев, остроготов, так же называемых остготами и гревтунгами, дела складывались более удачно.

Вот что сообщается у Иорадана: «После того как король готов Геберих отошел от дел человеческих, через некоторое время наследовал королевство Германарих, благороднейший из Амалов, который покорил много весьма воинственных северных племен и заставил их повиноваться своим законам. Немало древних писателей сравнивали его по достоинству с Александром Великим. Покорил же он племена: гольтескифов, тиудов, инаунксов, васинабронков, меренс, морденс, имнискаров, рогов, тадзанс, атаул, навего, бубегенов, колдов».

Этот список народов породил и до сих пор порождает дискуссии и все еще далек от окончательно дешифровки, но уже те названия, которые легко узнать, говорят о многом. Меря (меренс), чудь, они же эстонцы (тиуды), морденс (мордва) – если над этими народами Германарих установил хотя бы номинальную власть (а другая в те времена была редкостью), то это означает, что его держава простиралась от Новороссии до Прибалтики, Поволжья и Прикамья. Кроме угоро-финских племен, готы покорили живших в Приазовье «надменных», по определению Иордана, герулов, которые относились к германской группе, а также эстов – в те времена так называлось балтское население, к нынешним эстонцам не относившееся.

Конечно, когда Иордан писал, что Германарих «властвовал над всеми племенами Скифии и Германии, как над своею собственностью», он явно преувеличивал, и не только в географическом размахе, но и в степени реального подчинения подвластных королю племен. Скорее всего эта держава была достаточно рыхлым образованием, еще стоявшей на пути к настоящей полноценной государственности. С восторгом описывая победы и завоевания Германариха, Иордан нигде не указывает – была ли у этого короля столица и где она находилась?

Хотя намеки на столицу есть. В географическом трактате Птолемея упоминается город Азагария, расположенный на 2°15` севернее устья Борисфена (Днепра). Сейчас это село Башмачка в Днепропетровской области. Там археологами действительно найдено городище черняховской культуры. Но городице – еще не город. Так что наличие у остготов городов весьма гипотетично.

Впрочем, представления о «рыхлости» державы Германариха могут оказаться и преувеличенными. Против них свидетельствует удивительная монолитность археологической культуры, памятники которой густой сетью покрывают просторы Украины, Новороссии, Молдавии, Румынии и Приднестровья. Единообразие археологических артефактов на таком большом географическом пространстве не может быть объяснено только этническим единообразием (да его и не было) – тут явно видно влияние других, политических, т.е. государственных объединительных тенденций.

Эта культура получила название Черняховской, по месту открытия первого памятника. Ее серая гончарная керамика поражает высоким качеством изготовления, разнообразием форм и изящностью пропорций мисок, кувшинов, трехручных ваз и кубков. Изделия черняховских мастеров по тонкости работы не уступает современным им мастеров из Ольвии, Том и Херсонеса. Филигранной работы фибулы, костяные узорчатые гребни, разнообразные стеклянные изделия – все это высокое искусство, возникшее как будто из неоткуда, просто поражает воображение.
Черняховская культура – явление для Восточной Европы уникальное. Ни до, ни много-много столетий после нее здесь никто и никогда не создавал ничего подобного. Безусловно, эта культура на голову выше не только синхронной ей киевской, но и появившейся много позже роменско-борщевской культуры… Да, и, пожалуй, мастера Древней Руси до уровня черняховцев не дотягивали.


Кувшин из Ромашек. Узоры, покрывающие этот сосуд, академик Рыбаков интепретировал как "календарь древних славян". Его смелые реконструкции не лишены интереса, да вот беда - кувшин-то не славянский, а германский....

Неудивительно, что за этническую принадлежность черняховской культуры развернулись жаркие научно-политические споры. Раскопавший эту культуру чешский археолог-любитель Хвойко был германофобом и панславистом; все, что он раскапывал на территории Российской империи, он автоматически зачислял в славянские древности (так поступил он и с трипольскими горшками). Немецкие археологи, изучив находки Хвойки, немедленно увязали их с готами. К середине века вопрос по понятным причинам политизировался до предела.


Мне бы очень хотелось верить, что наши предки уже в IV веке могли изготовлять такую красоту. Увы,  история - наука строгая и безжалостная.


Если подходить к делу без излишних эмоций, то типологическое сходство черняховских памятников с предметами из Центральной и Западной Европы, в совокупности с хронологическим совпадением расцвета Черняховской культуры и пребывания в Восточной Европе готов делают ее привязку к славянам весьма проблематичной. Но в СССР, на волне антифашистских и антигерманских настроений, на которые в середине века накатила еще волна борьбы низкопоклонством, говорить о принадлежности черняховских памятников готам долгое время было делом рискованным. Лишь со времен «оттепели» стали появляться отечественные публикации, ставившие под сомнения красивую и лестную для национального (или, скорее, националистического) самолюбия, но, увы, ничем не подкрепленную гипотезу славянской атрибуции Черняховской культуры.

Впрочем, наиболее авторитетные (наделенные властью) советские историки и археологи продолжали настаивать на славянском происхождении черняховских памятников. Но возникла проблема – чем заполнить разрыв между концом черняховской эпохи и началом древнерусской? Как ни растягивали советские историки хронологию черняховских памятников, все равно оставался зазор между ними и памятниками роменско-борщевеской культуры, возникшей не ранее VIII века. Вот эта последняя хронологически и географически легко увязывалась с Древней Русью. Но что было раньше?

Существовал и еще один неудобный для стройных схем момент. Роменско-борщевская культура являла собой явный регресс. После изумительной тончайшей работы черняховцев – грубая лепная керамика. Гончарный круг исчезает, как будто его и не было. Вместо просторных жилищ – жалкие землянки, наводящие на мысль о том, что слова летописца о древних славянах - «жили звериным обычаем, по-скотски» – совсем не преувеличение.

Роменско-борщевская культура, без всякого сомнения, была славянской. Если настаивать на славянстве черняховской культуры, то как объяснить столь разительное одичание славян? Традиционно списывали на гуннское нашествие; да, это действительно объясняло бы некоторый культурно-технический регресс, но не до такой же степени!

Наконец, были найдены и изучены культуры, которые уже без сомнения относились к славянам: пражско-корчакская, пеньковская, колочинская. Ни одна из них и близко не походила на черняховскую. У славян встречается лишь лепная керамика и почти одни горшки – и это после изысканной и разнообразной черняховской посуды! Нет ни длинных добротных наземных построек, ни обряда трупоположений, ни стеклянных изделий, ни костяных гребней; предметы из бронзы и железа встречаются, но крайне редко.
Фибулы черняховской культуры:


Эти славяне вели свою родословную не от черняховцев, а от носителей киевской культуры, синхронной черняховской; памятники этой культуры столь же бедны, как и в последующих славянских культурах.

В целом, археология тут лишь подтверждает давно известные данные письменных источников: древние славяне жили крайне скудно, бедно и неприглядно. Тацит, Иордан, Прокопий Кесарийский, Псевдомаврикий и так далее, вплоть до древнерусских летописцев – все дают одну и ту же картину: полубродячая жизнь в лесах, низинах рек и на болотах, в убогих хижинах и землянках, на большом расстоянии друг от друга, и как следствие – слабая организованность, плохая спаянность между собой, влекущая собой неизбежные, несмотря на личную храбрость, поражения в войнах.

Рассказывая о войне Германариха со славянами (венедами), Иордан говорит, что те «поначалу пробовали сопротивляться»; учитывая тот восторженный тон, который Иордан применял по отношению к королю, можно предположить, что победа над венедами далась готам нелегко. О тактике славян можно узнать из «Стратегикона» Псевдо-Маврикия. Там хоть и говорится о более поздних веках, но вряд ли в готские времена было по-другому: засады, внезапные нападения, заманивание врага в густые леса и болота, действия малыми мобильными группами – все это было в ходу у храбрых и выносливых, но слабо вооруженных и неорганизованных славянских бойцов. Весь их арсенал сводился к коротким копьям, деревянным щитам, деревянным же лукам со стрелами, вымоченных ядом – речь как будто идет не о наших предках, а о каких-то индейцах. Подобное впечатление усиливается еще больше, когда читаешь, как славяне прятались от неприятеля под водою, дыша через камышовые трубки или как шли в бой без рубах, в одних портах.

Некоторые позднейшие легенды о Германарихе содержат даже информацию о том, что всесильный король стал на какое-то время пленником славян. Если такое и имело место в действительности, то на общий ход войны не повлияло. Находящиеся на более высокой ступени развития, лучше организованные и лучше вооруженные готы в конце концов одолели славян.
Тогда, в IV веке, в междуречье между Днепром и Днестром произошло одно из первых столкновений германского племени со славянским. Тот раунд остался за готами. Но торжество Германариха было недолгим. С Востока неумолимо надвигалась гуннская гроза, а внутри его собственной державы оттачивали мечи мстители из «вероломного», как выразился Иордан, племени россомонов.

Продолжение следует...