?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Из пепла агонизирующих Ирака и Сирии пытается выползти на свет новое исламистское государство. О нем написано и сказано немало негативного, да и его собственные адепты как будто задались целью показать целому миру всю свою дурость.

Конечно, нельзя не учитывать, что информация об Исламском государстве мы получаем из источников, которые являются какими угодно, но не беспристрастными. Так же не стоит забывать, что каждое новое явление в человеческом обществе неизменно сопровождается кровавыми эксцессами, разгулом насилия, подлостями и глупостями. Вопрос лишь в том, что выйдет потом из этого кровавого бардака: нечто новое, прогрессивное (как это имело место в случае Великой Французской или Великой Октябрьской революций) или же нечто тупое, костное, реакционное и бесперспективное, вроде Демократической Кампучии или Исламского Эмирата Афганистан.

Ну и, разумеется, совсем неберазлично, какие цели ставят перед собою лидеры нового государства. Достигнут они их или нет, да и те ли цели у них или есть еще какие-то другие, потаенные - но важно хотя бы выяснить, что записано у них в программах.

Но вот с тем, для чего заварилась вся эта каша, все далеко не ясно. Точнее, далеко не ново. Ведь все это - возврашение к изначальному исламу, отвержение всяких новшеств, построение государства на основе шариатских норм - все это уже не раз было. В Иране, в Афганистане, а еще задолго до того - в Аравии.

Было еще и другое. Каждый новый всплеск исламизма как будто перечеркивал и предавал забвению предыдущие. Не обладая исторической памятью, не владея тем историческим подходом, который для европейцев уже давно стал самим собой разумеющимся, последователи очередных исламистских вождей воспринимали повторение давно известного как нечто абсолютно новое. Как рыбка Дори из мультика про Немо, они с изумлением и открытым ртом слушали то, что уже тысячи раз было говорено и переговорено.

Нечто подобное имело место и в христианстве. Начиная с Лютера, Кальвина и Цвингли и далее во всякой новой протестантской секте на первый план выступало салафитское стремление вернуться к истокам, опроститься, откинуть наносное, привнесенное - то, что салафиты называли "бида". Давайте будем признавать только Священное Писание, а Священное Предание  - это бида. Постановления вселенских соборов - тоже бида. О монашестве нет ничего ни в Евангелиях, ни в Деяних и Посланиях апостолов - значит, монашество не нужно. То же с иконами. Как исламисткие аятоллы кричат о том, что нет бога кроме Аллаха и Магомет пророк его, так и протестантские проповедники спешат поделиться с прохожими не менее свежайшей и сенсационной новостью: Иисус Христос любит вас!!! Спасибо, мне уже докладывали.

Разумеется, массовый приток сторонников к аятоллам или вождям протестантизма обуславливался не только и не столько новизной их проповедей, сколько напряженностью социальных противоречий. Протест против несправедливого и жестокого мира обретал религиозную форму. Так было в Европе раньше. Так происходит в мусульманских странах до сих пор.

Когда-то за пророком Магометом пошли простые арабы, уставшие от господства старой племенной знати и жречества. Их победа обернулась в итоге установлением новой теократии. Через тысячу лет в той же Аравии вакхабиты подняли восстание против социального и национального угнетения, подняв знамена возврата к изначальному исламу. В конце концов они одеражали победу - и что в итоге? Аравия стала наследственной вотчиной семьи, у которых хватило самодурства переимновать в свою честь целую страну. Страну, которая под их руководством сделалсь грандиозным музеем средневековой дикости и фанатизма. В 1979 году иранский народ в кровавой борьбе снес прогнивший шахский режим. Но много ли выиграли иранцы в социальном отношении от того, что светская тирания была заменена на теократическую?

И вот теперь в дверь истории стучится новое перевоплащение исламизма. Новое? Или все то же? По крайней мере, пока ничего нового от него не исходило.

Впрочем, определенные кое в чем каждый новый всплеск исламизма отличается от предыдущего. Но отличие это явно не в лучшую сторону. Арабский Халифат был когда-то несомненно прогрессивным являением, не только для арабов, но и для всей человеческой цивилизации. Европе было чему у него поучиться. У Блистательной Порты учиться было уже особо нечему. А исламстские государства прошлого века если и могли чему научить, то разве что в качестве отрицательного примера. В немалой степени такой деградации способствовало нарастание нетерипимости и ненависти к культуре. Не только чужая, западная, европейская, христаинская, буржуазная, если на то пошло, но даже их собственная, мусульманская культура подвергается уничтожению. Вакхабиты разрушили мавзолей, возведенный на могиле матери Магомета Амины. Вожди нарождающегося исламского государства намерены разрушить уже Каабу. Это, кажется, единственный новый, оригинальный пункт в их программе.

Сколько же будет длиться это бесконечное навязчивое повтрение одного и того же? Сколько еще будут народы метаться из огня неоколониализма в полымя среднековой дикости? Нет ответа. Слаба надежда.

Исламизм нельзя победить. Его можно только заменить. Когда народы Азии смогут выработать идеологию, совмещающую проповедь борьбы против  гегемонии США с необходимостью прогресса и просвещения - тогда исламизм потеряет свою хищническую природу и превратится в некий аналог совремнных баптистских церквей. Но когда это случится или случится ли вообще - кто возьмется предсказать?